Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Ещё раз о том, почему демократия - зло

Что хочу особо отметить: под прошлым постом никто - повторяю, никто! - не выступил в защиту демократии содержательно. Всё сводится к повторению как заученного, тезиса о том, что она сама по себе есть хорошо. Что вам просто нравится и во что вы хотите верить, да? Если вы что-то не можете объяснить рационально, а только чувством - это верный признак того, что с этим что-то может быть не так.

Вот так и с демократией получается. На самом деле, всё это либеральничание всегда норовит опереться на самые низменные побуждения в людях. Вот как и со свободой. Которую либералы обещают людям, и не дают. Так и с демократией. В основе стремления к ней - низменное свободолюбивое: ну ты ведь будешь сам решать! Кто же, как не ты сам, знает, что тебе будет лучше?.. Заманчиво ведь.

А что мы получаем в действительности? Пример с вакцинацией показателен. Её нужно проводить? Да! Либеральная власть же оставила вам свободу выбора... Зачем? Это все равно что обезьяну с пальмы снять больную, и поставить её перед выбором у ветеринара: лечить ему её или нет. Даже если ветеринар возьмётся её добросовестно убеждать - она не в состоянии его понять. Потому что со специалистами мы говорим на разных языках! Из-за разницы в уровне подготовки, почему эти люди и специалисты, а вы - нет.

И как вы думаете, Collapse )
promo new_rabochy 17:33, вчера 86
Buy for 10 tokens
Этот любимый украинцами вопрос всегда меня ставил в тупик. Я не понимаю его и не знаю, что я мог бы на него ответить, если бы пришлось. Чей Крым? Если бы спросили: «Какие деньги ходят в Крыму?», «Кому подчиняются органы власти в Крыму?», «Написано ли в российской / украинской конституции, что…

Я нашел секретную книгу тов. Сколова, из которой он черпает вдохновение.

Ленин в русской народной сказке. 1925-1926
"Был у Ленина товарищ-друг что ни на есть первейший – разверстки комиссар. И вот сказали Ленину, что друг-то его этот обижает мужиков да живет несправедливо, добро народное не бережет.
Призвал его Ленин и говорит: - Друг ты мой, верно это?
Тот молчит, голову опустил. А Ленин ему: "Мужика теснить ты права не имеешь. Потому мужик – большая сила в государстве, от него хлеб идет. Значит как друга своего я наказать тебя должен примерно". Поцеловал тут Ленин друга-то, попрощался с ним, отвернулся и велел расстрелять его. Вот он Ленин-то, какой... Справедливость любил".
(Л.Ильинский записал в конце 1925 – начале 1926 годов во Владимирской губернии. Кн. «Ленин в русской сказке и восточной легенде». Изд. «Молодая гвардия», 1930 г.)"

Уникальная вилка, Достоевский и басмачи.

Читаю сейчас про геополитическую обстановку на южных границах нашей необъятной Родины и вспомнил что был там в молодости работая поваром в стройотряде по сбору арбузов. Решил поделиться с товарищами из НР про путешествие в прикаспийские степи и солончаки в советские времена.. Итак.
После знакомства с верблюдами и девчонками в красных пионерских галстуках нас посадили в бортовые камазы и я офигел от величия Волги и Ахтубы по сравнению с моей любимой шустрой девкой Невой. Прибыли в бараки среди пустыни поздно ночью под луной и соответственно место дислокации назвал Лунной Базой что сотоварищи приняли в оборот. Здания были наполнены всякими «чужими» членистоногими, ползучими, шипящими и летучими мышами. Зоопарк разогнали, натянули марлевые балдахины и завалились спать готовясь к трудовым социалистическим подвигам. 

Вилка. В работу быстро включился, коллектив в день съедал две коровы, пол тонны крупы и 500 литров супа. Дискомфорт начался из-за отсутствия вилки и моего ленинградского пролетарского эстетства. Помучавшись нашел ржавый топор и вырубил им из алюминиевой ложки тризуб (гы), четыре штыря топором вырубить трудновато.. Демонстративно ходил кушать с этим гаджетом в общую столовую чтоб погарцевать и потроллить студентов ядерных физиков. Девки текли кипятком с моей находчивости, но не спешили  выйти замуж за хозяина кухни, ведь был я весь в мыле чтоб накормить эту голодную ораву)

Collapse )

Стих ночи


"Откуда, мама, мое платье?

На дереве растет, наверно?"

- Спросила мелкая Дорожка

У тети с толстым кошельком.


А в это время капля пота

По жопе старенького негра

Скатилась и упала оземь

На фабрике среди пустыни

В далекой Африке притом.

Стих ночи

Типичный глупыш мыслит именно так: он открывает свой холодильник, и если в нём что-то есть - то искренне полагает, что это значит, что в мире почти что всё хорошо

Пусть в бой товарищ Сколов нас ведет!

С Вождем нам по плечу крутейшие вершины.

Рывок наш к коммунизму не замедлит и с пути нас не собьет

Бессмысленный и жалкий лепет глупышиный!

Немного о языках.

Недавно подсел на испаноязычных стримеров наслаждаясь гармоничностью языка. Столкнувшись с английским, немецким и латынью ищешь что-то более гармоничное кроме оных и естественно русского нашего пушкинского..Итальянский слишком примитивен, португальский и польский шекают и жекают  что режет ухо как многие другие. Арабские и персидские языки часто не совместимы нашему и их языку да уху. Французский прекрасен, но если сунешься изучать его конкретно то появляется непреодолимое желание скинуть на них ядерную бомбу, а не на Воронеж..

Язык будущего явно не будет английским, он деградировал со времен Шекспира. В нем исчезла саксонская точность под влиянием норманнов с их божоле и устрицами. Язык будущего должен звучать как итальянская опера по звуку, но по содержанию технологичным как речи Карла Маркса и Мао. Возможно поэты НР разработают его смешав сонеты Шекспира с японскими и китайскими короткими тезисами светлой души и технологизма просветления..

Рюрик Ивнев. Богема

Хозяин кабинета — молодой красивый большевик, известный в рядах партии как один из организаторов Красной армии, получивший мандат из рук Владимира Ильича Ленина, сидел у письменного стола, положив локти на столешницу. Одним глазом он смотрел на лежавшую перед ним коричневую папку, а другим — на вошедших поэтов. Первым выступил Есенин:
— Здравствуйте, товарищ Троцкий, вы меня не узнаете? Я Есенин, а это мои товарищи, тоже поэты. Вы, конечно, слышали их имена: Рюрик Ивнев, Анатолий Мариенгоф, Матвей Ройзман.
— Садитесь, — сухо произнес Лев Давидович.
— Вот, товарищ Троцкий, — продолжал Есенин, — мы имеем маленькое издательство, выпускаем журнал, ведем культурную работу, и, так как для издания альманахов и сборников нужны средства, мы открыли кафе.
— Кафе? — переспросил Троцкий, занятый, очевидно, своими мыслями.
— Да, кафе-клуб, где наши нуждающиеся товарищи-поэты получают бесплатные обеды. — И при клубе организованы библиотека, шахматный и марксистский кружки, — выпалил Ройзман.
Мариенгоф наступил ему на ногу и тихо прошептал: «Не лезь».
— И вот, — распевал Есенин, — всей этой большой культурной работе грозит разрушение.
— Я не совсем вас понимаю, — устало произнес Троцкий, — причем же тут я, и потом… нельзя ли покороче… у меня тут дела и… заседание.
— Товарищ Троцкий, — взмолился Есенин, — мы понимаем, что вы — человек дела, и если решились посягнуть на ваше время, то…
— Дело в том, — перебил его Ройзман, — что наше кафе помещается в двух этажах, так вот, нижний этаж захлопнули.
— Захлопнули?
— Ну да, закрыли.
— Ничего не понимаю. Кто закрыл?
— Адмотдел Моссовета.
— Как это можно одни этаж закрыть, а другой — не закрыть?
— Вот мы и не понимаем этого… Мы пришли к вам… у нас приготовлена бумага… вот, товарищ Троцкий, подпишите ее… нам тогда откроют.
С этими словами Ройзман вытащил из кармана заранее заготовленную бумагу и выложил ее перед изумленным партийцем. Лев Давидович прочел вслух: «В Адмотдел Моссовета. Прошу оказать содействие правлению „Ассоциации поэтов, художников и музыкантов” в деле полного функционирования их клуба „Парнас”».
— Что значит «полного функционирования»? А потом, товарищи, я не имею никакого отношения к Адмотделу…
— Но вас там так уважают, — сказал Ройзман.
— Товарищ Троцкий, выручите нас, — взмолился Есенин.
Мы с Мариенгофом сидели молча, не могли выдавить из себя ни единого слова…
— Я не могу ничего предписывать Адмотделу и не могу подписывать таких бумаг. Самое большое, что я могу сделать, это позвонить. Он взялся за телефонную трубку. Есенин переглянулся с Ройзманом, неистово крутившим прядь волос у виска.
— Кабинет начальника Адмотдела… Да… Спасибо… Саша, ты? Говорит Троцкий… Здорово… Послушай, в чем дело? Тут пришли поэты… из «Парнаса»… клуб-кафе… Их прихлопнули. Что? Не прихлопывали? Закрыли только отдельные кабинеты? Очаг проституции? Понимаю. Да, да. Овечками. Ха-ха-ха. Ну, будь здоров! — он опустил голову, похожую на миниатюрную гильотину.
— Все кончено, — шепнул Есенин Мариенгофу.
Троцкий молча посмотрел на Есенина и Ройзмана. Мы с Мариенгофом отвели глаза в сторону.
— Ну, — вздохнул Есенин, — мы пойдем.
— Не задерживаю, — буркнул Троцкий, причем нельзя было разобрать, смеется он или сердится.


Вымираем.

За первый квартал года население России естественно сократилось на 304 тыс. Депутат Федоров предлагает пустить к нам жителей солнечной азии и обогатить их русской культурой, мол тогда они станут русскими. По этому поводу вспомнилось самое популярное стихотворение Лермонтова

Горные вершины
Спят во тьме ночной;
Тихие долины
Полны свежей мглой;
Не пылит дорога,
Не дрожат листы…
Подожди немного,
Отдохнёшь и ты.

А причиной его популярности является краткость. Училки в школе задавали выучить что-то из Лермонтова и естественно хитрые ученики выбирали самое короткое. Предлагаю выдавать паспорт переселенцу после прочтения этого стиха как человеку обогатившемуся русской культурой)

Что почитать на праздники? (особенно актуально для москвичей с локдауном-2)

Мы не имеем книги, которая бы, подобно "Капиталу", исчерпывающим образом описывала бы современное общество с точки зрения его собственных законов и столь же многосторонне. (Под современным обществом я понимаю то, которое сформировалось после Второй мировой войны.) Но мы имеем несколько книг, которые дополняют друг друга и в совокупности дают довольно точный портрет нашей эпохи. Без знакомства с ними мы обречены блуждать в потемках мифов, предрассудков и идеологем. Хотя, конечно, и этих книг недостаточно для полного освещения темы. На полный список я не претендую (я не читал многих достойных авторов - но это временный мой недостаток). Однако они представляют собой необходимый научный миминум для понимания современности - с моей, сугубо субъективной точки зрения. Подчеркиваю: субъективной, отражающей мой личный опыт и интерес (поэтому ясно, почему я в этот список включил своих коллег, даже одного "бывшего"). Каждый может составить список книг на эту тему, исходя из собственных предпочтений.
Что это за книги?
1. М. Хоркхаймер. Затмение разума. К критике инструментального разума.
2. Дж. Гэлбрейт. Новое индустриальное общество;
3. Д. Харви. Краткая история неолиберализма;
4. М. Шенэ. Перманентный кризис.
5. Э. Хобсбаум. Эпоха крайностей. Короткий двадцатый век: 1914-1991;
6. Г. дер Вее. История мировой экономики: 1945-1990.
7. Я. Корнаи. Дефицит.
8. А. Горц. Нематериальное: знание, стоимость, капитал.
9. Б. Кагарлицкий. Политология революции.
10. В. Колташов. Как сменяются формационные эпохи, рождаются длинные волны, умирают реставрации и наступает неомеркантилизм;
11. А. Коряковцев, С. Вискунов. Марксизм и полифония разумов (две последние главы).
Здесь нет много кого: список заведомо неполный. Его надо дополнять, а не оспаривать )

(с) А.Коряковцев

Россия не оставит своих писателей без сюжетов

(Почитывал тут нашего современного молодого прозаика, еще и левую, Александрову-Зорину, Елизавету - избранный фрагмент для соо. Это из интервью 2017 г.)

- В вашем романе «Маленький человек» вы рисуете ужасную жизнь маленького северного городка. Неужели там все так уж плохо?

- Все плохо не только в маленьком северном городке… Когда роман вышел, некоторые критиковали меня за искажение и «чернуху» (хотя что есть вся русская литература, как ни «чернуха», в таком случае?). Но за пару лет до выхода романа в России случилась резня в Кущевке, о которой еще много лет потом писали, и это только верхушка айсберга — на самом деле жизнь в провинции не так сильно изменилась с 90-х, как в столице и крупных городах. Роман во многом списан с моего родного Ковдора, городка на русско-финской границе, где я выросла.

Но «Маленький человек» — роман не о Ковдоре, а о России, о взаимоотношениях маленького человека и власти. Об этом больно говорить, но Россия остается бандитской страной, в которой правят бандиты и бандитские законы. Разве что Collapse )