ixwid wrote in new_rabochy

Categories:

Власть, как терра инкогнита социализма

В социалистической теории существует множество понятий и явлений, о которых не принято задумываться, в то время как их идейные оппоненты уделяют им большое внимание. Одно из таких явлений — феномен власти.

Социалистическая теория лишь очерчивает внешние контуры этого явления, рассуждая о власти правящего класса, но не касаясь властной иерархии как таковой. При анализе истории Парижской коммуны, которая служила для теоретиков социализма моделью пролетарской революции, борьба за власть внутри Коммуны игнорировалась как нечто незначительное.

Между тем то любопытное обстоятельство, что любая революция запускает отчаянную, ожесточенную борьбу за власть — не может игнорироваться. Но объяснить эту борьбу с позиций социализма очень сложно. Чтобы объяснить, почему левые силы после революции начинают борьбу друг с другом не на жизнь, а на смерть, приходится допустить что часть из них отстаивает буржуазные интересы. Возникает странная картина, где люди, еще вчера ликвидировавшие буржуазию, сегодня уже оказываются наймитами буржуазии (по крайней мере в представлении их соперников).

Откуда же берётся эта борьба за власть между революционерами, и почему её приходится либо замалчивать, либо объяснять предательством в интересах буржуазии? Проблема в том, что сама власть — это явление, имеющее правую природу. Власть всегда элитарна, она не может не нарушать равенство и не может не угнетать — следовательно власть не может быть левой. Власть может действовать без неравенства и угнетения лишь в утопическом обществе, не имеющем внутренних противоречий.

Там же, где общество имеет противоречия (а это характерно для всех «живых» и развивающихся обществ, согласно первому закону диалектики), всегда требуется механизм их разрешения. Для разрешения общественных противоречий требуется политическая воля, которая формируется и проявляется в политической борьбе. Но политическая борьба — это борьба на подавление оппонентов и навязывание своей воли, она имеет мало общего с левыми ценностями. Таким образом, после победы любого левого движения в нём начинает формироваться ядро, которое на практике придерживается правых принципов и методов. Ирония судьбы заключается в том, что любое левое движение для победы и дальнейшего существования должно стать правым — обеспечить своему лидеру неограниченную (и зачастую пожизненную) власть, построить строгую властную иерархию, установить политические ограничения, построить новую элитарность. Единственное, что делает такую политическую систему левой — это декларируемые цели, до тех пор пока они не забыты.

Разрешимо ли это внутреннее противоречие левых движений? Пожалуй, наиболее сильным и радикальным решением видится анархизм, то есть отрицание власти как таковой. Возможно даже, что единственное по-настоящему левое движение — это анархизм. Тут есть над чем подумать.

promo new_rabochy 09:29, yesterday 39
Buy for 10 tokens
Ленинград. Васильевский остров. 1983 г. Как известно, в бытность Юрия Андропова руководителем СССР завелись в стране строгие порядки. То прогульщиков в кинотеатрах ловили, то растрепали хлопковую «мафию» в Узбекистане, то разоблачали милиционеров — оборотней в погонах.…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.