vasiliev_vladim wrote in new_rabochy

Category:

Кто может произвести революционную диктатуру пролетариата и как?

Кратко изложена критика догмата советского «марксизма-ленинизма» о месте и роли «марксистско-ленинской партии» в политической и социальной революции, в том числе и на основе исторических фактов подготовки и свершения политической революции в России в 1917 году.

Впервые сформулированы основные положения о пролетарской революции как процессе производства подлинным субъектом истории новых общественных условий жизни и её воспроизводства.

На этом основании краткими тезисами даны результаты сравнительного анализа общественных условий, сложившихся ныне в Беларуси и России, детерминирующих задержку перерастания текущей фазы Второй Великой Смуты в России в пролетарскую политическую революцию.

Догмат о месте и роли «марксистско-ленинской партии» в революции.

В опубликованной буквально на днях статье под названием «О политической ситуации в Белоруссии» (см.: https://vk.com/@-74128436-o-politicheskoi-situacii-v-belorussii ) сформулирован следующий ключевой тезис:

«В этой истории можно, пожалуй, найти лишь одну позитивную сторону: буржуазия хорошо понимает подлинную силу рабочего класса (несравненно лучше, чем сам рабочий класс), поэтому за влияние на заводских рабочих идёт такая борьба.

Если бы они [рабочие Беларуси] только осознали свою силу и заодно — коренные интересы, многое могло бы пойти иначе! Но, к сожалению, помочь им в этом некому.

Нет подлинно-марксистской рабочей партии, способной помочь рабочим организоваться для борьбы за свои коренные интересы».

Этот же самый, хотя нередко и менее ясно выраженный, тезис, так или иначе, в той или иной словесной интерпретации, но по существу в неизменном толковании красной нитью проходит в абсолютном большинстве публикаций, анализирующих ситуацию в Беларуси и перспективы её развития, с «марксистских позиций», а равно и с «классовых позиций рабочих».

А в итоге не оспариваемым и даже не ставящимся под какое-либо сомнение авторами и большинством комментаторов лейтмотивом этой и всех подобных публикаций, авторами которых выступают представители современных «левых» России и СНГ, является убеждённость в безысходности, обречённости пролетариата Беларуси на поражение.

Откуда эта обречённость или, что есть то же самое, выученная беспомощность, если ни действительной ситуации в среде пролетариата Буларуси, ни его потенциала, ни способности к самоорганизации в класс для себя никто пока ещё не знает?

А вывод такой обусловлен догматами «марксистско-ленинского» вероучения, ставшими «очевидными истинами» специфического буржуазного сознания в СССР и его осколках.

Согласно этим «очевидным истинам» отнюдь не пролетариат как класс сам организует себя, в том числе и в партии, и в профсоюзы, и во всякие иные институциональные формы организации, но пролетариат извне организует исключительно и только «марксистско-ленинская партия».

А раз такой «партии» нет к моменту начала превращения революционной ситуации в первые выступления народных масс, то, стало быть, пролетариат как класс обречён на поражение в любом случае.

И так на каждом шагу — куда ни ступи, везде наглухо все ходы и проходы завалены вот такими «очевидными истинами» от сталинского «марксизма-ленинизма», то есть от буржуазной идеологии анти-марксизма, буквально принявшей вид «ортодоксального марксизма» и полностью подменившей и заместившей собою действительное научное учение Маркса.

Что касается «очевидной истины» о месте и роли «марксистско-ленинской партии» в революционном движении и революции, то аргументируют её (эту «очевидную истину») цитатами из работ не столько Маркса или Энгельса, сколько цитатами из работ Ульянова (Ленина), а также «историческим опытом» России-СССР и всех прочих «социалистических государств».

Ульянов (Ленин) в действительности не был теоретиком пролетарской социальной революции вообще и пролетарской политической революции, в особенности.

#Ульянов_Ленин был первым и до сих пор единственным политическим технологом пролетарской политической революции всемiрного уровня и масштаба, в конкретных исторических условиях одной страны творчески адекватно применившим в политической практике пролетарскую социальную технологическую науку, созданную Марксом.

Все прочие, включая, прежде всего, всех непосредственных участников этой политической революции в России, в том числе и её политических вождей, ничего этого не ведали и не понимали.

Каждый из них на свой буржуазный или мелкобуржуазный манер в меру своих классовых интересов модифицировал революционную практику и фактически применяемые в ней социальные технологии. А в последующем, как мог, в меру своих классовых интересов рефлексировал промежуточные и конечные результаты этой практики, а также и ту результирующую социальную технологию, посредством фактического применения которой получились такие результаты.

Один из них (#Джугашвили_Сталин ), единолично возглавив узурпировавшую высшую институциональную власть в партии и государстве новую корпорацию буржуазии, превратил собственные представления о марксизме вообще и об этой результирующей социальной технологии, в особенности, в догматы вероучения.

Вероучение сие названо было им «марксизмом-ленинизмом». Согласно с догматами вероучения сего отбирались, издавались и толковались все тексты Маркса, Энгельса и Ульянова (Ленина) всей системой образования, массовой пропаганды и агитации.

Когда #учение_Маркса только-только распространялось в среде пролетариата, большинство которого не имело даже начального образования, объективно речь не могла идти ни о чём другом, кроме как о соединении подлинного революционного учения с пролетарским движением, существовавшем уже не один десяток и даже не одну сотню лет. 

Именно этой объективной необходимостью обусловливались все следствия относительно кадров революционного авангарда пролетариата и всех прочих пролетарских и полупролетарских организаций, практики подготовки и доведения до пролетарских масс программы (стратегического плана) и тактического плана конкретных революционных действий, мобилизации и организации масс на выполнение этого плана.

Но в условиях всеобщего среднего и высшего профессионального образования, свободной доступности работ Маркса и Ульянова (Ленина) говорить о привнесении революционного учения, революционной организации и «импульсов» революционной деятельности в среду пролетариата извне — это значит отставать от пролетариата не менее чем на сотню лет. Это — во-первых.

А, во-вторых, это значит — под видом пролетарского революционного учения насаждать в пролетарских массах буржуазную идеологию и ей подчинять пролетариат, то есть практически обеспечивать дление классового господства буржуазии.

И, наконец, в-третьих, реализовать свои планы или прожекты по извлечению гешефта из личного или группового возглавления очередного «приводного ремня к массам» и систематического «слива народного протеста» в отхожую канализацию.

Революция как производство субъектом истории новых условий своей жизни.

#самоорганизация_пролетариата в класс для себя есть не что иное, кроме как организация пролетариата в революционную диктатуру пролетариата (#революционная_диктатура_пролетариата ). 

На этапе классовой борьбы за государственную власть, взятия этой власти и её установления в масштабе всей страны — это форма самоорганизации пролетариата в класс для себя есть эвентуальная форма.

Иными словами, это такая форма, которая для своей актуализации требует наличия совокупности всех необходимых и достаточных общественных условий, которые в действительности ещё во всей своей полноте отсутствуют.

По мере и в меру создания (общественного производства, возникновения) всех таких необходимых и достаточных условий революционной диктатуры пролетариата её эвентуальная форма превращается в форму актуальную — собственно этот процесс превращения эвентуальной формы революционной диктатуры пролетариата в её актуальную форму есть не что иное, кроме как пролетарская политическая революция.

#политическая_организация_пролетариата в класс для себя, поэтому, есть процесс, момент и результат этого процесса свершения пролетарской политической революции в форме создания (общественного производства) революционной диктатуры пролетариата как политического государства переходного периода от последней прогрессивной эпохи экономической общественной формации к первой фазе коммунистической общественной формации. А это и есть переход к обществу без разделения на общественные классы, ибо в нём уже отсутствуют политическое и социальное неравенство между людьми.

Не политические партии или не одна #политическая_партия_пролетариата есть форма политической организации пролетариата, но исключительно и только #революционная_диктатура_пролетариата есть форма классовой самоорганизации пролетариата, в том числе и прежде всего — его (пролетариата) политической самоорганизации в класс для себя.

Политические партии, профсоюзы и все прочие общественные корпорации духовного родства, создаваемые пролетариатом и пролетарские по своему составу, есть не более чем различные по месту и роли в процессе общественного производства и последующего воспроизводства революционной диктатуры пролетариата инструменты, средства, орудия, посредством которых пролетариат осуществляет свою самоорганизацию в класс для себя.

У каждого из этих средств производства революционной диктатуры пролетариата есть своё специфическое функциональное назначение, определяемое техническим (социально-технологическим) базисом и всеми прочими наличными общественными условиями общественного производства и воспроизводства революционной диктатуры пролетариата в конкретно-исторических условиях данной страны.

Все эти конкретно-исторические общественные условия производства революционной диктатуры пролетариата во всякой данной стране определяются историей всего предшествующего развития этой страны вообще, а классовой борьбы и самого пролетариата в ней (в этой стране и в этой классовой борьбе), в особенности.

В процессе производства (#производство_революционной_диктатуры_пролетариата ), рассматриваемом как процесс деятельности непосредственных производителей, первичны отнюдь не конкретные средства производства как таковые, применяемые этими непосредственными производителями.

Иными словами, первичны не орудия производительной деятельности, но предметы производительной деятельности и доступные непосредственным производителям способы преобразования этих предметов в необходимые продукты, обладающие требующимся потребительским качеством, а равно и доступные непосредственным производителям способы и пределы модификации ими самих этих способов преобразования предметов их производительной деятельности. 

Именно этим последним определяется не только выбор средств производительной деятельности из числа наличных и возможных, но и возможности замены  отсутствующих, имеющихся в недостаточном количестве или не обладающих надлежащим качеством (производительностью, точностью обработки, эффективностью использования и т.д. предметов производительной деятельности) средств производства.

Замена средств производства осуществляется также и посредством создания недостающих или отсутствующих средств производства, в том числе и одновременно с модификацией существующих или созданием новых способов продуктивного преобразования предметов производительной деятельности.

Чем выше технический базис и социальная технологическая наука общественного производства вообще, чем более развита пролетарская революционная наука и чем более она присвоена пролетарскими массами, в особенности, тем больше, разнообразнее и шире коридор возможностей живого творчества пролетарских масс выбирать, создавать и применять средства производства, необходимые для производства революционной диктатуры пролетариата.

Речь, прежде всего, идёт о действительных возможностях творческого выбора, создания и эффективного применения пролетарскими массами именно тех средств производства революционной диктатуры пролетариата, которые не только требуется применить, но и по конкретно-историческим условиям в данной стране возможно и наиболее целесообразно применить здесь и теперь для производства необходимых промежуточных и конечных результатов.

Далее, речь идёт не только о практике превращения пролетариатом всех этих возможностей в действительность, сложившейся в соответствующей стране, но и о возможных темпах, и о необходимости развития этой практики, исходя из наличных общественных условий самоорганизации пролетариата данной страны в разных её частях для производства революционной диктатуры пролетариата.

В конечном итоге речь идёт о развитии социальной технологической науки пролетарской социальной революции вообще и пролетарской политической революции, в особенности, которое осуществляется живым историческим творчеством всё более и более расширяющихся (вот где аналогия с расширенным воспроизводством капитала) революционных пролетарских масс, выступающих авангардом освобождения всех угнетаемых и эксплуатируемых народных масс.

Исторические примеры такого творчества даны, прежде всего, Парижской Коммуной, первой (1905) и второй (1917) революциями в России, но этим исторические примеры создания живым творчеством народных масс новых моментов (средств, способов и институциональных форм социального производства и т.д.) революционной социальной практики и присущих её социальных технологий отнюдь не исчерпываются.

Общественное производство революционной диктатуры пролетариата, как и всякое общественное производство, предполагает свои специфические органические моменты:

— Социальная (общественная), а именно классовая организация не только процесса производства революционной диктатуры пролетариата, но и самого совокупного пролетарского революционера — субъекта производства революционной диктатуры пролетариата, включая институциональную организацию, обусловленную действующими общественными институтами и общественным разделением и кооперацией производительной деятельности по производству революционной диктатуры пролетариата именно в этих конкретно-исторических условиях данной страны.

— Технологическая (социально-технологическая) организация процесса производства революционной диктатуры пролетариата, а равно и самого субъекта этого процесса производства, то есть самого коллективного по своему общественному характеру непосредственного производителя революционной диктатуры пролетариата. Самая эта технологическая организация обусловлена применяемыми социальными технологиями и общественным разделением и кооперацией производительной деятельности по производству революционной диктатуры пролетариата.

— Ансамбль применяемых этим непосредственным производителем средств производства (орудий и предметов производства) революционной диктатуры пролетариата.

— Революционная деятельность различных общественных подразделений непосредственного производителя по отдельности и в целом, то есть собственно процесс кооперации комбинированной производительной деятельности совокупного пролетарского революционера, результатом (продуктом) которого как раз и является революционная диктатура пролетариата сначала в своей эвентуальной, а затем и в актуальной форме.

Однако это вывело нас уже на иной предмет, нежели предмет этой статьи, который требует отдельного рассмотрения, а посему мы обратимся к нему в иные разы по мере актуализации самого этого предмета. 

Ныне же, завершая рассмотрение предмета настоящей статьи, ещё раз обратим внимание на исторические факты 1917 года.

Опыт 1917 года и самоорганизация современного пролетариата в класс для себя.

В каких условиях в 1917-ом в России возникли фабрично-заводские комитеты и Советы? 

Они возникли после того, как старый режим был свален, рассыпавшись буквально в три дня, во-первых.

Во-вторых, новый режим уже не только возник, но и его общественная природа ясно определилась, а равно и не менее ясно определилось то бремя, которое дополнительно возлагает и неизбежно возложит этот новый режим на пролетарские и все прочие народные массы России.

В-третьих, пролетариат страны в целом, а пролетариат столиц и крупнейших пролетарских центров, в особенности, собственными желудками и на собственной шкуре ощутил, что катастрофа развала общественного производства его (пролетариата) жизни уже началась и набирает скорость.

Что, в-четвёртых, затормозить и остановить эту катастрофу, минимизировав тяжести и лишения, которые она несёт с собой пролетарским массам, в городе и в стране в целом некому, кроме самого пролетариата.

Стало быть, возникновение фабзавкомов и созданных последними советов рабочих депутатов от фабзавкомов было обусловлено желанием пролетариата взять управление предприятиями, городами и государством в целом в свои руки?

Ничуть.

Возникновение фабзавкомов и советов обусловлено именно тем, что пролетариат в массе своей собственными желудками и на своей собственной шкуре непосредственно ощутил, что катастрофический развал общественного производства его (пролетариата) жизни из угрозы превратился в повседневную действительность.

Развал государственного управления и самого государства мало беспокоил и уж тем более не мотивировал пролетариат ни на какие политически значимые действия до тех пор, пока этот развал не повлёк за собой (пока не произвёл) в действительности очевидно начавшуюся уже катастрофу всего общественного производства жизни пролетариата. 

И, следовательно, доколе развал государства не выразился в очевидном начале катастрофы всего общественного производства жизни во всём государстве и по всем производственным цепочкам общественного производства жизни — от крестьянских низов до всех без исключения наёмных работников среднего и высшего звеньев управления государством и его экономикой.

Не какие-либо политические партии, включая также и большевиков, «замутили» превращение самоорганизации пролетариата для выживания в условиях всеобщего развала общественного производства жизни в его (пролетариата) революционную самоорганизацию. 

Фабзавкомы и советы не стали бы политически-революционными, если бы нужды воспроизводства собственной жизни пролетариата не понудили его к этим практическим шагам.

Ничего собственно революционно-политического в массовой мотивации возникновения фабзавкомов и советов, созданных фабзавкомами путём делегирования в них своих депутатов, изначально не было.

Это был вынужденный ответ пролетариата на развал всего общественного производства его жизни как таковой.

А когда фабзавкомы и советы стали политически революционными? 

Они стали таковыми только тогда и по мере того, когда и поскольку происходила большевизация фабзавкомов и советов. В Петрограде эта большевизация фабзавкомов и советов завершилось лишь в средине сентября 1917 года.

Ни все партии вместе взятые, ни отдельная политическая партия не смогла бы поднять пролетариат и широкие народные массы на политическую революцию, то есть на взятие государственной власти, если бы к этому их не вынудила начавшаяся катастрофа всего общественного производства жизни в России.

И пошли пролетарские и иные народные массы за большевиками не потому, что большевики были такие хорошие, решительные, что у них была программа-минимум и программа-максимум и т.д., и т.п.

Пролетариат и народные массы в целом пошли за большевиками потому, что только они, во-первых, публично говорили о необходимости и неотвратимости взятия государственной власти, чтобы остановить начавшуюся катастрофу, минимизировав её тяжесть для народных масс, и затем восстановить общественное производство жизни всех народных масс России.

Во-вторых, только большевики убедительно не только словом обещали, но и своим непосредственным активным участием в работе фабзавкомов и советов подтверждали желание и способность остановить начавшуюся катастрофу, максимально снизить бремя, налагаемое ею на народные массы.

В-третьих, только большевики в условиях двоевластия продемонстрировали (пусть даже и во многом пока ещё декларативно, то есть в перспективе, но в перспективе самой ближайшей и неотложной) не только желание, но и готовность, и способность взять и осуществлять государственную власть в интересах пролетарских и крестьянских масс.

И, наконец, — это совсем другой вопрос, что из всего декларированного большевиками в последующем стало действительностью, а что так и осталось не более чем идеологической иллюзией, и почему это так произошло, а равно и почему исторически не могло произойти никак иначе. К непосредственному процессу производства собственно политической революции в России в 1917 году это не имеет отношения.

А каковы условия в нынешней Беларуси и России в рассматриваемом отношении?

Старый режим в Беларуси ещё не свален, да и совсем ещё не развален настолько, чтобы пролетариат Беларуси собственными желудками ощутил, что катастрофа развала общественного производства их жизни уже началась.

Контуры нового режима пока ещё ясно не определились даже теоретически, не говоря уже о том, что тяжесть бремени, которые (и бремя, и его тяжесть) этот новый режим принесёт пролетариату, последнему практически ощутить на себе пока невозможно.

Относительно медленно, но уже три десятилетия с несущественными перерывами постепенности нарастающую и углубляющуюся катастрофу общественного производства жизни пролетариата и всех народных масс России, а также отсутствие реальных перспектив остановки углубления этой катастрофы и восстановления общественного производства жизни эти самые массы в России уже ощутили своими желудками в большинстве своём в достаточной мере.

Однако старый режим в России не только не пал, но и в публичном пространстве народные массы России пока совсем не видят тех политических сил, которые действительно хотели бы и могли бы свалить существующий режим не в своих узкогрупповых (шкурных) интересах, а в интересах широких народных масс.

Да и собственно пролетариат России дезорганизован, в том числе и самим государством, и финансовым капиталом, и оппозицией системной и несистемной, в том числе якобы коммунистическими и рабочими политическими партиями, в значительной своей части систематически и целенаправленно подвергается принудительному деклассированию, нравственно разлагающим идеологической индоктринации и маргинализации.

И для этого общественный организм-паразит, господствующий над Россией и кормящийся с неё, изощрённо, всё более открыто и всё более цинично применяет современные технологии знания-власти над человеком как биологическим видом.

Этим обусловлены весьма ограниченные возможности пролетариата России быстро оказать действенную помощь пролетариату Беларуси в становлении последнего классом для себя. Но ограничены — это совсем не значит, что их нет совсем или их мало.

Но самое первое из того, что сейчас существенно для успеха пролетариата Беларуси,отсутствие любых и всяких «медвежьих услуг» пролетариату Беларуси со стороны пролетариата России и всех других стран, навязываемых под видом классово-братской помощи.

Buy for 10 tokens
Антропогенез совершился без явных границ! Ведь работают и коммуницируют и другие животные... Факт лишь в том, что и то и другое, благодаря эволюции (причём ведь не самой по себе, а от внешнего давления среды), как и с самопроизвольным верхнепалеолитическим культурным всплеском, - всем тем мы…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.