vasiliev_vladim wrote in new_rabochy

Categories:

Государство – концентрированное выражение буржуазного общества. Ч. 3

Кратко резюмированы место и роль буржуазного политического государства как орудия распределения и перераспределения общих условий и средств производства, рабочей силы и продуктов труда, а также место и роль денег в этом распределении (перераспределении) и осуществлении высшей институциональной власти над общественным воспроизводством.

Кроме этого, кратко резюмирована определённость предмета политической экономии ценами и деньгами, научная критика Марксом предмета, содержания и существа политической экономии, а также неуместность учения Маркса о стоимости и её материальной субстанции в буржуазном сознании и буржуазной общественной практике, и некоторые закономерные следствия этой неуместности.

Государство как институциональный регулятор общественного производства.

Сказанное в предыдущих двух частях статьи настоящей статьи о буржуазной справедливости (юстиции) (#буржуазная_справедливость ) относительно способов получения и частного присвоения прибыли, обложения налогами, государственной казны как обособленного общенационального капитала, инвестируемого в «общенациональные бизнесы» и «общенациональные проекты» ─ это далеко ещё не всё, что определяет место и роль государства (#государство ) как концентрированного выражения буржуазного общества.

Все необходимые условия производства в действительности есть необходимые моменты самого производства, а равно и составные части соответствующих факторов производства.

#буржуазное_государство есть всеобщее условие капиталистического производства, необходимое не только для осуществления самого этого производства вообще, но и для извлечения прибыли, в особенности.

Буржуазное государство есть необходимый существенный фактор национального и мiрового капиталистического производства, прежде всего, как буржуазное #материальное_государство, которое уже во второй половине 19-ого века было глобальным материальным государством не только в потенции, но и в действительности.

В этом последнем качестве буржуазное государство как бы раздваивается, ибо одновременно с ним образует и персонифицирует также и определённую, а именно обособленную, часть общественного капитала со стороны его товарно-вещественного (включая рабочую силу и её предложение) и денежного состава процессирующего капитала, в том числе относящегося к государственному кредиту, а также и со стороны спроса на товары.

Но для капиталистического производства не менее существенны также и другие, а именно политическая и идеологическая, «ипостаси» буржуазного государства, выражающиеся в институциональной роли буржуазного государства как высшей институциональной власти, осуществляющей общественную функцию регулятора пропорций капиталистического производства (#регулятор_пропорций_воспроизводства ).

По меньшей мере, буржуазное государство непосредственно участвует в процессе капиталистического воспроизводства, обеспечивая и регулируя доступ национального и интернационального капиталов к национальному и мiровому рынкам факторов производства, тем самым определяя и регулируя не только величины соответствующих издержек производства ─ это чрезвычайно важный момент, но далеко не самый существенный.

Буржуазное политическое и духовное государство, в той мере, в какой каждое из них является глобальным или региональным гегемоном, определяющим образом участвует в выполнении общественной функции регулятора пропорций распределения и перераспределения (#регулятор_пропорций_распределения ):

1) Условий производства (денежного капитала, интегрированных комплексов и отдельных добывающих, индустриальных и аграрных предприятий, квалифицированной рабочей силы и общих условий производства). В число общих условий производства, прежде всего, включаются денежно-финансовая, инженерная и социальная инфраструктура, транспорт, связь и коммуникации, здания и сооружения.

Однако не меньшее значение имеют также и такие необходимые общие условия производства, как производство новой рабочей силы, институциональная среда, системы общегосударственного, регионального и местного управления повседневной экономической деятельностью и жизнью населения, системы обеспечения безопасности от катастроф, аварий и чрезвычайных ситуаций, обороны и внутренней (полицейской) безопасности.

Это ─ регулирование места и роли в международном общественном разделении и кооперации труда, конкурентоспособности и темпов буржуазного развития особых национальных (буржуазных) государств, их колоний и иных политических государств, становящихся буржуазными государствами.

2) Производительных сил (средств производства и рабочей силы) по территориям особых политических государств и их административно-территориальных образований (единиц) ─ регулирование глобальной, региональной, национальной и субнациональной пространственной организации размещения и применения производительных сил.

3) Рабочей силы (вместе с их семьями) по родам и видам производства материального богатства, воспроизводства человека и общества.

4) Продуктов производства вообще, а отчуждаемой у непосредственных производителей доли производимых ими продуктов, их распределения и перераспределения, в особенности.

О месте и роли денег в товарном производстве.

Среди всех общих условий производства особое место и особая роль, вне всякого сомнения, в условиях классического развития капитализма, то есть развития капитализма как органически целостной системы товарно-денежных отношений, принадлежит денежно-финансовой системе (#денежно_финансовая_система ) со всей её инфраструктурой, включая казначейства и центральные банки всех государств.

#Маркс не просто констатировал, но раскрыл общественные условия и причины того общеизвестного буржуазии факта, что общим условием развития капитализма в той или иной стране является наличие в ней достаточного количества денег, которые могут быть превращены в денежный капитал.

Самая #всеобщая_денежная_форма_меновой_стоимости, выведенная Марксом, наглядно показывает, что вся произведённая и находящаяся в обращении товарная масса во всякий момент времени делится на две части ─ всеобщий товар-эквивалент, выполняющий общественную функцию денег, на одной стороне (одна часть) и все прочие товары на другой стороне (вторая часть).

Если масса всеобщего товара-эквивалента увеличивается быстрее массы всех прочих товаров, количественно измеренной согласно прежним пропорциям обмена каждого из них на деньги (система уравнений обмена денег на все товары), то это вызывает повышение цен товаров до тех пор, пока баланс между массой денег и массой всех прочих товаров не будет восстановлен.

Это вызывает те или иные затруднения и сбои в процессе воспроизводства, но все эти затруднения и сбои есть не что иное, кроме как затруднения и сбои в процессе роста объёмов и масштабов производства и потребления товаров.

Но если внутри конкретной страны масса денег (не важно, по каким причинам) уменьшается относительно массы всех прочих товаров, за которым (уменьшением массы денег) величины цен товаров вовремя не успевают пропорционально уменьшаться, то это вызывает сбои сначала в процессе обращения (сбыта) товаров, затем в денежных расчётах и во всём производстве товаров. Иными словами, это обусловливает именно то, что именуют перепроизводством товаров (#перепроизводство_товаров ).

Чем больше темпы относительного (относительно совокупной цены товаров) уменьшения массы денег, участвующей в обращении товаров, тем острее кризис перепроизводства товаров и тем большие разрушения он наносит всем производительным силам данной страны.

Это же самое относится и ко всему капиталистическому производству в его целом, то есть ко всему глобальному буржуазному материальному государству.

Именно деньги и цены, то есть физически-количественные пропорции обмена определённого количества каждого из товаров на конкретное количество всеобщего товара-эквивалента, выполняющего общественную функцию денег (это – меновые стоимости), измеренное (количество денег) физической массой всеобщего товара-эквивалента, в условиях товарного производства и товарно-денежных отношений являются главными средствами пропорционирования всего общественного производства, являющегося товарным производством.

Критика Марксом определенности предмета политической экономии ценами.

Идеологическому сознанию вообще, а буржуазному сознанию, в особенности, кажется, будто всё дело лишь в ценах, а точнее ─ в изменчивости, подвижности цен вообще и в том, что все действующие цены товаров до сих пор были «политическими» ценами.

К такому выводу пришла #классическая_политическая_экономия, что собственно и ознаменовало её возникновение как таковой, и именно с этого пункта она начала своё развитие.

Впрочем, уже #Аристотель констатировал сам этот факт политического регулирования цен, рефлексировав различие между экономикой как искусством ведения хозяйства (домашнего и полисного), с одной стороны, и хрематистикой как искусством стяжания материального богатства посредством товарно-денежного обращения и накопления денег, с другой.

Поскольку масса (количество) денежного товара (товара, выполняющего общественную функцию денег) определена его физической природой (естеством), а физическая природа вечна и неизменна, постольку для сознания, которое именно так воспринимает, мыслит и оценивает деньги и цены, всё дело сводится к тому, чтобы отыскать тот «механизм», которым определяются «естественные» цены товаров

Зачем это нужно, какова практическая цель отыскания механизма определения «естественных» цен товаров?

Лишь отыскав такой «механизм», можно практически обеспечить буржуазную справедливость (юстицию), институционально исключив возможности установления кем бы то ни было «политических» цен.

Предметом всей политической экономии как раз и стало отыскание «механизма» формирования «естественных» цен товаров, а равно и выработка практических предложений по институциональному регулированию всего общественного производства таким образом, чтобы обеспечить буржуазную справедливость в установлении цен товаров.

То есть речь идёт о выработке научно обоснованных практических рекомендаций относительно того, как необходимо изменить институты и устройство (весь внутренний порядок = полицию) буржуазного государства и всего мiра, чтобы, во-первых, максимально исключить установление «политических» цен кем бы то ни было и, во-вторых, гарантировать исполнение этого исключения всеми.

Однако #Маркс, во-первых, открыл, доказал (всесторонне обосновал) и вполне доступно показал, что все так называемые «естественные» цены есть не что иное, кроме как всё те же самые «политические» цены, ибо никаких естественных цен в природе нет, и быть не может.

#цены ─ это не что иное, кроме как выражение общественного качества всех товаров не как соответствующих вещей или форм существования соответствующего физического вещества, но как продуктов труда.

То есть Маркс открыл, доказал и показал, что цена товара есть денежное выражение его стоимости (#стоимость ), величина которой определяется не количеством вещества, из которого сделан этот товар, и не его полезностью (потребительной стоимостью), но исключительно и только количеством труда, овеществлённого в соответствующем товаре, не исключая также и самого денежного товара.

Во-вторых, Маркс этим самым открыл, всесторонне обосновал и показал, что #деньги также имеют стоимость, но не имеют цены, и что величина стоимости единицы денег исторически и ситуативно изменчива точно так же, как исторически и ситуативно изменчива величина стоимости всякого товара.

Ибо величина стоимости физической единицы любого товара, в том числе и денежного товара, всегда есть конкретное количество овеществлённого в данной единице товара труда, которое (количество труда) общественно необходимо в данных конкретных исторических (общественных) условиях для производства физической единицы этого товара.

А самоё это количество общественно необходимого для производства физической единицы соответствующего товара труда определяется бесчисленным множеством общественных условий и фактор, являющихся либо непосредственно политическими условиями и факторами, либо опосредствованно политическими условиями и факторами, которые резюмируются общественным «механизмом» определения средних рыночных цен всех товаров.

В-третьих, Маркс открыл, обосновал и показал основные, краеугольные положения общественного устройства и функционирования этого «механизма» определения средних рыночных цен товаров как полных цен производства товаров, обусловливающих политически закономерное, необходимое и неизбежное отклонение рыночных цен товаров от действительных величин их стоимости.

И этот «механизм», как доказал и показал Маркс, есть не что иное, кроме как весь «механизм» капиталистического общественного воспроизводства в его всемiрном масштабе, который обусловливает не только закономерную неизбежность и неотвратимость кризисов капиталистического производства, но и исторического упразднения самого капиталистического способа производства и всей экономической общественной формации в конечном итоге.

Этим самым Маркс открыл, обосновал и показал, что деньги в действительности ─ это общественный символ, а не знак товарного производства, который, в отличие от знака (знак ─ значение), имеет не двоичную, а троичную структуру символа.

Какова эта троичная структура денег?

Троичная структура денег такова: стоимость (отображаемое и выражаемое) ─ денежный товар как образ (икона, знак) отображаемого, а равно и как посредствующее звено (посредник) ─ вся товарная масса (объект отображения и выражения, а равно и опосредствования).

В этой структуре денег знаком « ─ » обозначены экономические отношения как политически и идеологически превращённая форма производственных отношений, на поверхности общественной жизни выражаемых институциональными (юридическими) отношениями.

Но самая эта троичная структура денег своей материальной субстанцией имеет овеществлённый во всех без исключения товарах труд, который (труд) в обществе получил форму стоимости ─ общественно необходимого для производства единицы соответствующего товара количества абстрактного труда.

Ибо лишь посредством сведения (приравнивания) к общественно определённому количеству этого абстрактного (актуально физически или в натуре никогда не данного обществу и в обществе) труда, измеряемому продолжительностью рабочего времени (рабочими часами), всякий конкретный труд получает свое стоимостное измерение.

Однако самое это сведение (приравнивание) всякого конкретного труда к абстрактному труду опосредствуется рынком, то есть осуществляется в действительности отнюдь внутри процесса производства товаров и не процессом производства товаров, но в сфере обращения товаров ─ посредством свободного обмена всех товаров на денежный товар для их последующего потребления как товаров.

Для потребления продуктов труда, полученных посредством товарного обмена для последующего производительного потребления или для потребительного производства не только как потребительных, но и как меновых стоимостей.

Деньги как средство высшей институциональной власти над производством.

В то же время мифо-логосу Нового Запада присуща отнюдь не троичная, но двоичная структура (знак ─ значение; субъект ─ объект и т.д., и т.п.), которая идеологически воспроизводится всем процессом воспроизводства Нового Запада как такового

Поскольку это так, а так оно и есть в действительности, постольку «сущность» и её «субстанция» неуместны в общественном сознании (восприятии и мышлении как представлении и оценивании) и общественной практике Нового Запада

Все «сущности» и их «субстанции» были окончательно элиминированы (исключены) из общественного сознания и общественной практики средневековым схоластическим богословием.

Иудео-англосаксонский «номинализм» стал главным «естественным» (данным от Бога, а равно и от природы) обоснованием исключения всех и всяких «сущностей» и их «субстанций», которые своим мифо-логосом и основанной на нём идеологией ещё воспроизводил Старый Запад, из реальности Нового Запада.

И вся эта элиминация «сущностей» и их «субстанций», которая стала преобразованием (превращением) троичной символической структуры мифо-логоса Старого Запада в двоичную структуру мифо-логоса Нового Запада, произошло задолго и без участия не только всех и всяких попперов, но и всех классических политэкономов вместе взятых.

Наиболее проницательные новоевропейские лингвисты, семиологи (семиология от семантики) и культурологи в средине ─ второй половине минувшего века констатировали исторический факт произошедшего почти мгновенно в каждой из новоевропейских наций (за одно-два поколения) радикального семантического сдвига, даже перелома практически во всех новоевропейских языках.

Это качественное преобразование семантических систем новоевропейских языков произошло в 14-ом ─ 15-ом веках и кое-где (у наиболее поздних по своему возникновению наций) в течение 16-го века.

Иными словами, научное учение Маркса о стоимости и её субстанции мифо-логосно давно уже стало неуместно во всём новоевропейском дискурсе, во всей новоевропейской дискурсивной формации, а потому оно и не было понято адекватно даже Энгельсом, не говоря уже обо всех остальных представителях Нового Запада.

Невозможно понять то, чего не только актуально нет в твоей реальности, но и что даже эвентуально в ней невозможно никогда, ибо неуместно в ней – ему (ей) в этой реальности вообще нет места.

Исторически закономерное завершение на рубеже 18-19-го веков процесса рефлексии буржуазией идеологии Нового Запада отлилось в её (этой буржуазной идеологии) «светскую» (= публичную в отличие от частной формы, каковой стало вероисповедание и вероучение) форму либерализма (#либерализм ). Это обусловило восприятие и мышление буржуазией своего буржуазного государства как «ночного сторожа».

Отсюда буржуазная справедливость (юстиция) теперь предполагала исключение политического государства из всех отношений гражданского общества, а эти отношения есть не что иное, кроме как отношения экономические, товарно-денежные, а равно и выражающие, оформляющие и в этом смысле регулирующие эти отношения институты и обусловленные ими юридические отношения.

Однако отцы-основатели США, прежде всего отец-основатель денежно-финансовой системы США Александр Гамильтон, не только практически изначально положили в основание США как политического государства концепцию «развивающего государства», но и вполне ясно осмыслили и изложили эту концепцию.

Но в Старом Свете, да и в самих США вплоть до Первой Мiровой войны и Великого Краха 1929 года идеологически доминировал либерализм с его догматом «государство ─ ночной сторож».

Оппенгеймеры и изначально входившие в этот большой клан Ротшильды и иже с ними иудейские семейные кланы первыми в мiре практически реализовали и этот догмат, и понимание денег (денежного товара), и понимание банкнот как знаков денег или денежных знаков.

Именно они первыми на рубеже 18-19-го веков не только олигополизировали операции с металлическим золотом, используемым как денежный товар, но и фактически приватизировали Банк Англии, ввели золотой стандарт, центральные банки и добились распространения этой денежно-финансовой системы на весь мiр в том числе и посредством Наполеона и Бисмарка.

Однако формально и Банк Англии, и все центральные банки государств, где они уже были созданы, и эмиссия денежных знаков, и обеспечение золотого стандарта оставались прерогативой соответствующих политических государств и созданных ими для этого специальных функциональных органов.

Лишь только создание #ФРС_США стало кульминационным актом, ибо действительно поворотным и переломным моментом, в приватизации «новой финансовой аристократией» (Маркс) денежной власти как высшей институциональной власти над всем общественным производством и воспроизводством вообще и высшей институциональной власти пропорционировать (регулировать) всё общественное воспроизводство, в особенности.

А эта #высшая_институциональная_власть ведь есть также и власть управлять вручную финансовыми и экономическими кризисами, в том числе бюджетными кризисами, во всех без исключения государствах, да и во всём мiре также.

Следовательно, она есть не что иное, кроме как высшая институциональная власть осуществлять ручное управление тем, кто (какие конкретно агенты и чьи это агенты ─ каких конкретно кланов всемiрной «новой финансовой аристократии») возглавляет политические государства, существующие в мiре.

Об управлении цикличностью общественного воспроизводства, то есть об управлении кризисами, скажем в следующих частях, а равно и о государстве как факторе производства, извлечения и распределения (перераспределения) прибыли, в том числе и об исторической закономерности, необходимости и неизбежности полного изъятия денег из экономической практики и их тотальной замены симулякрами денег.

promo new_rabochy 22:23, вчера 10
Buy for 10 tokens
Эти два чувака занимаются теориями управления массами, Джонс прославился экспериментом по фашизации старшеклассников своей школы в 1967-м. Гениальный опыт с неоднозначными выводами. По-мне фашизм заходит скорее молодым неокрепшим умам или питекантропам в наколка с выросшими лобковыми волосами.…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.