April 21st, 2020

К социологии пандемии коронавируса

Виртуализация трудовых отношений
Кризис поставил под вопрос и под удар важнейший институт – Работу. Работу, как то, что наделяет смыслом существование обычного человека. Работу как быт. Работу, которая сегодня крайне значима для человека, уже лишенного этического стержня, уже потерявшего Бога. Работа – едва ли не последний бастион человечности сегодня. Обозначается тренд на ускорение фрилансизации рабочей силы, обращения ее в тот самый пресловутый прекариат. Человек после кризиса окажется еще более беспомощным перед лицом институтов. Сейчас человеку даже вбивают в голову максиму недоверия к громоздким, тяжеловесным институтам. Человек будет ускоренно отучаться от способности к институционному опыту, к институционному быту. Человек ещё более разоружится и упростится. Ничего хорошего в этом нет.
Коронакризис добивает последние старые, традиционные медиа. Но эти традиционные медиа – последние кустарные мастерские по производству суверенного символического, медийного продукта. В них ещё оставался институт редактора, редактуры. Кризис обозначил торжество социальных медиа, в которых редактура отдана на аутсорс, куда-то вовне. Медийная глобализация в дни коронавируса только ускорилась. Ведь по-настоящему актуальных медийных площадок, на самом деле, очень немного. А они весьма жестко цензурируются и модерируются из пары-тройки мест. Почти во всем мире верхушка пирамиды Маслоу отдана безраздельно 2-3 наднациональным центрам. Это, мягко говоря, очень небезобидные вещи.
...Лично у меня исчезли последние иллюзии на предмет каких-то объективных исторических законов. В социальном мире абсолютно всё конструктивно и проектно. Это нужно признать. Всех верующих в объективное откровенно поимели и сделали в дни коронавируса.
....Сама эпидемия до невозможности напоминает DDOS-атаку, компьютерный вирус. У сегодняшнего коронакризиса вообще сугубо медийная природа. Весь коронакризис – это одна большая, огромная коммуникация. В глобальных масштабах, в статистических величинах происходящее сегодня почти не порождает смерть. Корона-эпидемия порождает избыточную коммуникацию. Это совершенно новая какая-то новая история. Или нет?
https://swamp-lynx.livejournal.com/462414.html
Buy for 10 tokens
Определение выше вполне устраивает, но Ленинское ИМХО точнее: Государство — это есть машина для поддержания господства одного класса над другим. (с) Вдумайтесь в это. Машина. Т.е совокупность механизмов. Кто-то возможно думает, что раз это машина, то достаточно взять на себя её…

"Властелин колец" в Империи зла

Я равнодушен к Толкиену.
В то же время у него много поклонников, и он наиболее влиятельный и известный автор фэнтези в мире.
Самый известный его роман, "Властелин колец", вышел в Англии в 1954-55 гг. Автор занимался академическими фольклорными исследованиями и преподаванием с 1920-х годов, дружил с другим известным писателем, Клайвом Льюисом.
Коммунистом не был, но резко антикоммунистически публично тоже не высказывался.
Какова же судьба публикаций книг Толкиена в СССР?
Этим вопросом задался американский литературовед Марк Т. Хукер. Кроме того, Хукер рассмотрел многочисленные переводы Толкиена на русский язык и показал, насколько их авторы были обусловлены внутрисоветскими переживаниями, на которые Толкиен лишь намекал, но прямо их не формулировал.
Полностью книга Хукера здесь: http://www.nto-ttt.ru/books/book2/
Привожу фрагменты книги:
Collapse )
  • ll2000

Нация и империя. Часть 1.

Недавно Максим Павлюченко написал свой пост "Русские и государство" который был ответом мне, на мой тезис, что и в РИ и в СССР русские были расходным материалом. Как и обещал отвечаю ему, хотя будет это не столько ответ сколько разъяснение моей позиции по данному вопросу. Павлюченко пишет:

Представим себе альтернативную реальность, где московской княжество не начало свою экспансию в 15 веке и не превратилось в Российскую империю.

На самом деле не надо представлять никаких альтернатив. Я ни в коем случае не утверждал, что экспансия русским была не нужна, и никак не являюсь сторонником русского государства в пределах московского княжества. Мой тезис состоял в другом. Ведь расширялись многие европейские державы в то время не только Россия, и я полностью согласен с Павлюченко что не будь экспансии русские бы как этнос просто не выжили бы. Но дело не в самой империи, а в её внутреннем устройстве, в том положении в котором находиться общество в этой империи. Дело в том, что в европейских державах империя или помогала или хотя бы не препятствовала появлению нации и гражданского общества, в России сложилось наоборот усиление государства происходило за счет ослабления общества, тем самым не давая сформироваться нации.

Collapse )