vasiliev_vladim wrote in new_rabochy

Category:

Классовая борьба пролетариата — это про что и ради чего?

https://msk.kprf.ru/wp-content/uploads/2020/05/s1200-2-1-1140x660.jpg
https://msk.kprf.ru/wp-content/uploads/2020/05/s1200-2-1-1140x660.jpg

В целях диалектического определения существа классовой борьбы пролетариата резюмированы ранее рассмотренные автором положения о первичных производственных отношениях в условиях экономической общественной формации как о производственных отношениях между общественными классами, уточнено определение классов, данное Ульяновым (Лениным).

Еще раз тезисами показано различие между экономическими отношениями (превращённой формой производственных отношений) и производственными отношениями, а также различие между действительным материальным базисом общества и реальным материальным базисом общества.

Впервые систематически, хотя и тезисами, представлен основополагающий критерий диалектического определения пролетарского характера (принадлежности или связанности с классовой борьбой пролетариата) общественной борьбы в целом и классовой борьбы, в особенности, каковым является отношение этой борьбы к достижению главной цели — революционной диктатуры пролетариата и достижения действительных целей этой революционной диктатуры после её установления.

О существе и содержании утверждений о «холодной классовой войне».

Блогер droone, комментируя статью «Не доводите «тигров» до крайности», пишет: «Глобализации правящего класса перед страхом "бунта масс" уже 60 лет. В т.ч. ради этого и бросили триллионы долларов на организацию контрреволюции в СССР. Суть в том, что эти самые массы уже 20 лет как получили в свое распоряжение Интернет, механизм глобализации масс. В связи с этим манагеры и объявили войну интернету, туризму и тэдэ как механизмам глобализации масс. Взять хоть т.н. "сетевой нейтралитет". Сколько было вони от демократов когда Трамп его отменил предоставив провайдерам право цензурировать трафик. И что же? Стоило избраться Байдену как он вернул все взад? Нет. Наоборот, Байден всячески способствует цензуре в соцсетях. Так что глобальная холодная межклассовая война давным-давно идет» (курсивом выделено мною – В.В.).

На этот комментарий автором статьи дан такой ответ: «То, что Вы называете «холодной межклассовой войной» — это даже не симулякр, а плод фантазий тех, кто общественные классы сводит к социологическим «классам на бумаге», а действительную классовую борьбу к спонтанным стихийным реакциям тех или иных социологических «классов на бумаге» на управляющие воздействия «правящего класса». «Правящий класс» это тоже социологический «класс на бумаге», хотя и гораздо более реальный как феноменологическая форма существования общественного класса, чем все прочие «классы на бумаге»».

«В статье [«Не доводите «тигров» до крайности»], — продолжил её автор, — речь идёт совсем не об этой «классовой войне на бумаге». Именно она и есть мечта господствующего класса в отношении форм «борьбы» с ним социальных «низов», которая, как вы верно заметили, не обманывала их «60 лет», а в действительности всё то историческое время, в течение которого существуют общественные классы».

И далее автор сказал о том, что «речь в статье идёт о действительной классовой войне, которую разжигают, провоцируют и эксплицируют (делают явной и осознанной) тем, что поляризуют общество, сами себя противопоставляя абсолютному большинству в качестве его врагов, ибо открыто назначая это большинство своим политическим врагом и практически относясь к нему как к своему бытийственному врагу, которого они уничтожают всей своей общественной практикой — всей своей реальной политикой».

«И этим именно, — продолжил автор статьи свой ответ блогеру droone, — «верхи» подталкивают, подпихивают «низы» к самоорганизации в класс для себя с одновременным осознанием самих себя (в этом процессе и посредством этого процесса саморганизации в класс для себя) именно как класса для себя, бытийственным врагом которого являются все «верхи» без исключения».

На это замечание автора статьи блогер droone ответил: «Что вы понимаете под "общественные классы"? А то за всю историю человечества ылитка постоянно выпиливала друг друга, начиная с братьев убивавших один другого за престол отца и заканчивая священниками, муллами, шаманами победившей силы обрекавшими на смерть служителей культа побежденных. И только в 60-е годы ХХ века концепция соцдарвинизма наций/монархий и тэдэ уступила концепции сосуществования корпораций под зонтом единой власти».

«То что вы называете "разжиганием, провокацией" и тэдэ, — продолжил блогер droone, — это не более чем обычное обострение классовой борьбы. Но это следствие, а не причина. Чем больше массы осознают свой классовый интерес, тем меньше способов у господствующего класса оставатсья у власти. Когда информационный террор служителей культа перестает работать ничего не остается кроме перехода к открытому террору чем они и занимаются. Обострение классовой борьбы по мере продвижения к социализму».

Во всём множестве цитированных утверждений блогера droone следует, прежде всего, обратить особое внимание на то, как быстро все, подобные этому блогеру, «марксисты», «марксисты-ленинцы» и прочие якобы марксисты перепрыгивают с «класса» на «классовую борьбу» и т.д., регулярно подменяя предмет, «мерцая» разными предметами — точно так же напёрсточники оперируют шариками и стаканчиками.

Общественные классы – это что и почему так, а не иначе.

Определение общественному классу дано Ульяновым (Лениным), согласно которому общественными классами называются большие социальные группы людей, «различающиеся по их месту в исторически определённой системе общественного производства, по их отношению… к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определённом укладе общественного хозяйства».

Однако это определение можно толковать и так, и эдак, — но всякое толкование этого определения, в конечном итоге, зависит от того, как определяются и понимаются производственные отношения, прежде всего.

Если производственные отношения отождествляются с отношениями экономическими, то получается именно то, что и дано в параграфе 2-ом главы 4-ой «Истории ВКП(б). Краткий курс». А что там получилось в этом «Кратком курсе истории ВКП(б)»? В нём дано буржуазное по своей общественной природе и содержанию толкование производственных отношений.

Производственные отношения, согласно этому толкованию, тождественны экономическим отношениям, в которых юридическое право собственности на средства производства, а равно и юридические отношения собственности на средства производства вообще и право распоряжения ими, в особенности, а, следовательно, также и способом соединения их с трудом, и распоряжения продуктами труда является основой экономических (производственных) отношений.

В действительности, что как раз и показано, и доказано Марксом, экономические отношения — это отнюдь не первичные, не непосредственные производственные отношения — это не действительный материальный базис общества.

Это всего лишь производные, опосредствованные политическими, идеологическими и юридическими отношениями (правом) производственные отношения, именуемые отношениями экономическими, совокупность которых Маркс назвал реальным материальным базисом общества — не действительным материальным базисом, а реальным материальным базисом. 

Реальный материальный базис общества — это материальный базис общества в той его превращённой форме, в которой он дан общественному сознанию и осознан общественным сознанием буржуазного общества вообще и политической экономией, в особенности.

Первичные производственные отношения не даны индивидуумам непосредственно в любой форме общественного сознания экономической общественной формации. 

На поверхности общественной жизни первичные производственные отношения даны в превращённой многократным опосредствованием иллюзорной (идеологической) форме юридических отношений частной собственности (частного присвоения = частного производства) общественных индивидов.

Производственные отношения даны общественному сознанию буржуазного общества в иллюзорной форме юридических отношений общественных индивидов.

Это сознание общества индивидуумов, которые отчуждены от своей человеческой природы, от своей производительной деятельности (в превращённой форме труда), от продуктов своего труда, что является выражением отчуждения непосредственных производителей от власти над своим производством — над своей жизнью.

Так вот ключевой вопрос здесь — какая большая социальная группа является действительным субъектом первичных производственных отношений или, иначе, какая социальная группа присвоила себе полномочия субъекта производственных отношений в частную собственность и на этом основании является высшей властью над производством общественных индивидов, во-первых.

И, следовательно, во-вторых, какая социальная группа вследствие первого является всего лишь объектом этих первичных производственных отношений — объектом власти над своим производством, то есть над своей жизнью, которую присвоила в частную собственность та самая социальная группа, что является субъектом этих первичных производственных отношений.

Именно из этого, а не из чего-либо еще, уже как необходимые и неизбежные (= закономерные) следствия вытекают все те моменты определения общественных классов, которые содержатся в определении, данном Ульяновым (Лениным).

Но в общественных условиях отношений частной собственности (частного присвоения = частного производства) у действительных членов общественного субъекта первичных производственных отношений нет иного способа самоорганизации в этот субъект, то есть в класс для себя, кроме организации в государство, которое и есть общественная форма организации господствующего класса в класс для себя.

Иными словами, именно эта всеобщая форма организации общественного субъекта первичных производственных отношений в класс для себя — государство — в рамках этой общественной формации изначально опосредствует первичные производственные отношения, превращая их в экономические отношения (в отношения частной собственности = отношения частного присвоения).

Ещё раз — в условиях экономической общественной формации, прогрессивными эпохами которой являются азиатский, античный, западно-средневековый (феодальный) и буржуазный способы производства, первичные производственные отношения изначально опосредствованы политическими отношениями, а равно и отношениями идеологическими.

Юридические отношения возникают позже, постепенно выкристаллизовываясь из институтов и оттачиваясь посредством развития юридической техники в формальных институтах, утверждаемых государством в качестве законов и их кодифицированных сводов, по мере развития отношений частной собственности (отношений частного присвоения = отношений частного производства).

Частное здесь отнюдь не тождественно индивидуальному, как это предполагается буржуазным сознанием Нового Запада (включая также и господствовавшее в СССР буржуазное сознание) в противоположность публичному (ager publicus, например) — «общинному» («общественному») или «государственному».

Из предыдущих абзацев ясно, что государство само есть продукт общественного производства отношений частной собственности и частного как таковых.

Государство есть неотъемлемый атрибут отношений частной собственности, превратившееся из продукта процесса возникновения отношений частной собственности в общественное условие всего последующего воспроизводства отношений частной собственности вообще и юридических отношений частной собственности, в особенности.

Итак, общественный субъект первичных производственных отношений организован как (господствующий, эксплуатирующий, угнетающий, правящий, управляющий производством общественных индивидов = жизнью общества) класс в класс для себя, то есть организован в государство.

А общественный объект первичных производственных отношений организован как класс — как класс для себя?

И какая же конкретная общественная форма, логически одного и того же порядка и практически сопоставимая с государством, является всеобщей или хотя бы общей формой организации объекта первичных производственных отношений в класс для себя?

Сопоставимой не с точки зрения «борьбы» за какие-то там частные экономические или политические интересы той или иной социальной группы эксплуатируемых, а с точки зрения практического, действительного осуществления высшей власти над общественным производством = над всей жизнью людей в данном особом социуме?

Назовите мне или хотя бы себе такую всеобщую или общую форму, в которую объект первичных производственных отношений (совокупный рабочий = весь рабочий класс данного особого социума) организован как класс в класс для себя — как высшая власть над своей собственной жизнью, а равно и над жизнью всего данного особого социума.

Вплоть до производства действительно успешной революционной диктатуры пролетариата такой формы нет, и быть не может. Первыми историческими опытами производства такой формы стали Парижская Коммуна и система ФЗК-Советов в России.

Но обе эти попытки завершились поражением пролетариата именно как общественного класса — фактическим, реальным и действительным отчуждением пролетариата от непосредственного осуществления высшей власти над своей жизнью — над всем общественным производством.

В СССР пролетариат даже опосредствованно не участвовал в осуществлении этой власти над своей жизнью и её общественными условиями, хотя идеологически и юридически «рабочий класс» (совокупный рабочий СССР), конечно, был провозглашён в СССР «гегемоном» и т.д.

А вот теперь можно обратиться к «классовой борьбе».

О критериях и существенных условиях пролетарского характера классовой борьбы.

Общественная борьба — это не избиение одним другого, не оказывающего сопротивления тому, кто к нему применяет насилие любым способом, какой только ни изобретёт и каким только ни пожелает.

Общественная борьба — это схватка двух общественных субъектов, длящаяся до тех пор, пока один из двух этих субъектов не признает своего поражения, а равно и своего противника — своим победителем (господином).

Пусть реальные силы этих, вступивших в борьбу, двух субъектов и не равны изначально, но каждый из них в этой схватке выступает именно как субъект, реально борющийся с другим субъектом — выступает субъектом, осознающим сам факт этой борьбы и посредством неё (борьбы) осуществляющий свою субъектную волю.

Если общественный субъект — совокупность индивидуумов, то — значит, что этот субъект организован как субъект — организован в самого себя как в себя, а не как в нечто иное себе, не являющееся им самим в себе и для себя.

И вот здесь-то мы снова неизбежно и необходимо возвращаемся к вопросу о форме организации общественного класса в класс для себя, а равно и о его действительной общественной деятельности как общественного класса, а не как момента чего-то иного, не имеющего к его организации в класс для себя никакого отношения.

То, что «марксисты-ленинцы» и прочие якобы марксисты называют «борьбой классов» сплошь и рядом в действительности есть процесс управления сложносоставным объектом политэкономических отношений — объектом, распределённым в пространстве и во времени по разным профессиональным, возрастным, территориальным, идеологическим, политическим и иным социальным группам.

Это моменты процесса управления особым производственным общественным организмом, обособленным как особенный социум, который осуществляется субъектом политэкономической власти в целом (государством), его партиями (частями господствующего класса) и функциональными органами (государства как общенациональной корпорации господствующего класса и иных корпораций внутри данной нации).

Это управление осуществляется с применением всех имеющихся в их распоряжении «приводных ремней к массам», созданных специально для такого управления, симулирующих «борьбу классов» и позволяющих удерживать её и угнетаемый эксплуатируемый класс под контролем.

И вот теперь мы вновь вернулись к тому, чтобы по существу завершить рассмотрение так называемой «холодной классовой войны».

Напомню, что «холодная классовая (межклассовая) война», — это даже не симулякр, произведённый по образу и по подобию «Холодной войны» между идеологическим мнимым «марксистами-ленинцами» олицетворением буржуазии как класса в образе США и ещё более мнимым ими олицетворением пролетариата в образе СССР. 

«Холодная классовая война» — это плод идеологических (иллюзорных по своей общественной природе) фантазий тех, кто общественные классы сводит к социологическим «классам на бумаге», а действительную классовую борьбу к спонтанным стихийным реакциям тех или иных социологических «классов на бумаге»" на управляющие воздействия «правящего класса». 

«Правящий класс», хоть и является идеологическим в целом и социологическим (политологическим) «классом на бумаге», в особенности, — это единственная реальная форма существования (феноменологическая форма) господствующего общественного класса буржуазного общества, в отличие от всех прочих «классов на бумаге».

Так что в действительности речь прежде в СССР шла, и ныне в РФ идёт не о «холодной классовой войне», а об «идеологической холодной войне классов на бумаге».

Чего в этой «идеологической холодной войне классов на бумаге», которую якобы вели и ведут социальные «низы» Нового Запада больше?

1) Материальных, политических и идеальных интересов пролетариата? 

2) Или же в ней больше материальных, политических и идеологических интересов буржуазной партии, в которую определённая часть социальных «низов» буржуазного общества организована его «верхами»?

Так вот, чего в этой «идеологической холодной войне классов на бумаге» больше, — первого или второго? Это ещё очень большой вопрос для подлинной социальной науки.

Хотя ответ на этот вопрос вполне очевиден для действительного марксиста — доднесь доминировали в этой «идеологической холодной войне классов на бумаге» материальные, политические и идеологические интересы одной из буржуазных партий — той самой, в которой членами по преимуществу являются представители части нижних (люмпен-пролетарских), средних и полуинтеллигентских (студенческих) слоёв социальных «низов» Нового Запада.

Это совсем не классовая борьба пролетариата и уж тем более — не классовая война пролетариата. Это обычная для буржуазной нации борьба различных буржуазных политических партий (= частей нации) между собой, что и объемлется понятием «буржуазная демократия».

В эту буржуазно-демократическую и буржуазно-тоталитаристскую борьбу пролетариат лишь изредка вступал именно как пролетариат, а не как часть одной из частей (партий) нации, то есть не как часть нации — Маркс показал это на опыте Франции 19-го века более чем аргументированно, детально и убедительно.

Но как же тогда с научно-публицистическими работами и революционной практикой Ульянова (Ленина) по организации классовой борьбы пролетариата в России и Европе вообще и в части форм классовой борьбы пролетариата, в особенности?

А вы дайте себе труд ещё раз внимательно перечитать и вникнуть, осмыслить существо того, о чём и что писал и делал практически Ульянов (Ленин), и тогда все подобные вопросы и недоумения у вас будут отпадать по мере роста адекватности понимания революционной теории, которой руководствовался Ульянов (Ленин), и его практики.

Чуть-чуть отступлю – Антонио Грамши в 1919 году показал и доказал, что профсоюзы – это буржуазная форма организации различных отраслевых и общенациональных отрядов совокупного рабочего для экономической «конкуренции» (торга и борьбы) с работодателями — с классом эксплуататоров.

И эти формы — экономические вообще и профсоюзные, в особенности — борьбы никогда не приведут к революционной диктатуре пролетариата, наоборот, они уводят пролетариат от самоорганизации в класс для себя, подменяя её буржуазной организацией, то есть подчинением пролетариата буржуазии.

Идеологическая борьба по определению есть борьбы иллюзорных форм сознания — иллюзорных форм восприятия, оценивания и мышления человека и его мiра.

А посему в классовых интересах пролетариата в действительности требуется вести отнюдь не идеологическую борьбу — не утверждать одну форму иллюзорного сознания (вероучения и вероисповедания) вместо другой формы, а формировать и развивать (производить и воспроизводить) подлинно научное революционно-пролетарское сознание.

С политической борьбой пролетариата всё обстоит ещё более очевидно и проще, хотя в действительности — сложнее, чем с рассмотренными формами.

А именно политическая борьба общественного класса в действительности есть борьба этого общественного класса против всех других общественных классов за представление (возвышение) и осуществление своих классовых интересов в качестве общих интересов всего государства, в буржуазных условиях — в качестве общих интересов всей нации.

А каковы действительные классовые интересы пролетариата, если не упразднение политического и социального неравенства, эксплуатации человека человеком, порабощающего человека разделения труда, отчуждения человека от самого себя и от собственной власти над своей жизнью?

Но ведь эти классовые интересы пролетариата могут быть признаны общими интересами государства и практически осуществляться как общие интересы только в одной общественной форме — в форме революционной диктатуры пролетариата.

Классовые интересы пролетариата могут быть признаны и осуществлены как общие интересы только в той форме государства и только в форме такого государства, которое практически осуществляет преобразование буржуазного общества в подлинно социалистическое общество (первая фаза коммунизма). Осуществляет революционное преобразование в действительности и как вновь производимую, никогда не бывшую прежде действительность, а не идеологически, не иллюзорно.

Ульянов (Ленин) в разных формах постоянно подчёркивал и настаивал на том, считая это самым существенным, самым главным в революционной пролетарской борьбе, что лишь тот марксист, кто доводит борьбу классов до революционной диктатуры пролетариата — до её практического установления и достижения её целей после её установления.

И что из этого следует?

Из этого следует, что любое общественное движение или действие, в котором принимают участие представители пролетариата, имеет отношение к классовой борьбе пролетариата лишь в той мере, в какой это ведёт к революционной диктатуре пролетариата и к достижению её целей после её установления.

А теперь с этой точки зрения посмотрите на всю деятельность Ульянова (Ленина), и вы не обнаружите в ней ничего другого, кроме требования подчинять всякое действие с участием пролетариата действительным целям практического движения к революционной диктатуре пролетариата, во-первых, и к её успешному осуществлению после её установления, во-вторых.

Ну и что во всех тех формах и актах, которые «марксисты ленинцы» и прочие якобы марксисты относят к «холодной классовой войне» последних 20 лет, сфокусированных на Интернете, экономических и иных общедемократических (буржуазных) требованиях «народных масс» Нового Запада, ведёт к революционной диктатуре пролетариата? 

И ведет ли всё это, взятое само по себе — как оно есть в себе, для себя и для иного себе, вообще к революционной диктатуре пролетариата хоть в какой-нибудь, включая иллюзорные (идеологические) формы, мере?

Ничуть и никак — ни в какой мере, даже и в иллюзорной тоже.

Стало быть, какое всё это отношение имеет к классовой борьбе пролетариата? 

Само по себе это всё никакого отношения к классовой борьбе пролетариата не имеет.

Другое дело, что пролетариат в своей классовой борьбе может, должен и непременно будет опираться на общедемократическую борьбу самых широких народных масс, выступая революционным авангардом в их устремлении и последовательном практическом продвижении к революционной диктатуре пролетариата, а не плестись в хвосте буржуазных общедемократических протестных, в том числе антиколониальных освободительных, движений. Иным способом прийти к революционной диктатуре пролетариата невозможно ни теоретически, ни, тем более, практически.

А есть хоть какие-то признаки того, что пролетариат именно как класс, становящийся классом для себя, решающим образом определяет содержание, характер и цели всего того, что якобы марксисты именуют «холодной классовой войной» последних двух десятилетий?

Никаких признаков этого и днём с огнём доднесь не сыскать.

Однако только в общественной борьбе самых широких народных масс пролетариат может и сможет самоорганизоваться как класс в класс для себя, организовав этим самым всю народную пролетарскую и полупролетарскую массу в революционную диктатуру пролетариата в той её институциональной форме, которая соответствует общественным условиям места и времени — соответствующей страны.

Buy for 10 tokens
Определение выше вполне устраивает, но Ленинское ИМХО точнее: Государство — это есть машина для поддержания господства одного класса над другим. (с) Вдумайтесь в это. Машина. Т.е совокупность механизмов. Кто-то возможно думает, что раз это машина, то достаточно взять на себя её…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.